Перед интервью, Джек Николсон распевает песенку. «Снова, снова!» — «Сплошная работа и отсутствие развлечений делают Джека скучным парнем». Это та самая фраза, которую Джек Николсон прославил в «Сиянии», и его лицо просто сияет, когда он наблюдает, как кто-то другой повторяет его мантру. Левая бровь взмывает вверх, губы кривятся, и его злобный смех разносится по номеру лондонского отеля.
Это, пожалуй, один из самых крутых способов провести вечер — уткнуться плечом в мистера Голливуда. Потому что, будем откровенны, лучшей кинозвезды, чем 60-летний Джек Николсон, не найти. Он это знает. И ему это нравится.
Рай для него — это ночь на церемонии вручения «Оскара». «Я следую доктрине „все награды — фальшивка“, но, в конце концов, я клоун, а не мистик, и я люблю гламур», — напевает он, откидываясь на спинку кресла, чтобы затянуться сигаретой Camel.
«Для меня идеальный вечер — это быть номинированным на «Оскар» и знать, что ты не победишь, потому что тогда можно расслабиться и провести потрясающий вечер».
Есть две вещи, которые вам следует знать о Джеке во плоти: он говорит точно так же, как в фильмах («Я перестал делать акценты, потому что никто не мог их распознать»), и он выглядит точно так же, как на экране, что является редкостью в мире знаменитостей.
«Это потому, что я не пользуюсь косметикой. Когда я начинал сниматься 40 лет назад, мне приходилось бороться со всеми операторами, чтобы стать первым актёром, не пользующимся косметикой», — с гордостью признаётся он.
Он такой Джек Николсон — когда я спрашиваю, проснется ли он в 5:30 утра, чтобы послушать, как Джина Дэвис объявляет номинантов на премию «Оскар», он отвечает, приподняв бровь и провокационно скривив губы: «Я никогда не встаю в 5:30 утра, но, возможно, в 5:30 я все еще буду бодрствовать… и, можете быть уверены, я не буду смотреть телевизор».
Спустя несколько дней после нашего интервью Николсон действительно был номинирован на премию «Лучший актер» за неподражаемое исполнение роли одержимого, импульсивного и возмутительно грубого человека в фильме «Лучше не бывает».
Джек исключает какое-либо сходство со своим персонажем.
«Я ношу с собой пепельницу и поддерживаю порядок в комнате, но в остальном я обычный человек, — ухмыляется он. — И грубость мне не по душе. На самом деле, я предпочитаю перескакивать от безупречной вежливости к грубости. Грубость — это для дилетантов, понимаете, о чём я?»
Это ещё один дьявольский персонаж в его репертуаре. «Это дьявол во мне», — иронизирует он.
«Меня просто привлекают дьявольские роли. Люди говорят, что я играю циничных персонажей, но это не так. Я играю людей, которые травмированы и склонны к самозащите».
Его не слишком беспокоит, что люди ошибочно считают его таким же безумным, как и большинство его персонажей. «Это мой академический метод: я здесь, но вы меня не видите. В этом и заключается привлекательность моей работы — ты можешь выплеснуть эмоции в актёрской ситуации, с которой, возможно, никогда не столкнёшься в реальной жизни».
В реальной жизни Николсон разбирается во всех без исключения темах – Куба, Босния, Лорена Боббит («что с вами, девочки?»), нашествие таблоидов, слава («это просто часть жизни, и я отлично умею скрываться»), собственный успех («благодаря моему любопытству» и его любимая тема – президент Клинтон. Он сам столкнулся с той же критикой в СМИ из-за своей сексуальной жизни.
«Конечно, я поддерживал Клинтон», — смеётся он, имея в виду дело Моники Левински. «Я считаю, законы Соломона говорят ясно: начальник несёт ответственность только в том случае, если кладёт деньги себе в карман. Точка».
Хотя Николсон и цитирует Библию, это один из вопросов, в котором его мнение несколько неопределенно и неопределенно.
«Я не верю в жизнь после смерти, но и не отрицаю её. Я не религиозен, но, должен сказать, у меня есть вполне нормальная доля активных суеверий — другими словами, я, может, и не верю в Бога, но почему мне иногда кажется, что я беззвучно разговариваю с кем-то в голове? Вы понимаете, о чём я говорю? Я завидую всем верующим. Честно».
Так насколько счастлив Джек Николсон быть Джеком Николсоном?
Он наклоняется вперед, его голубые глаза озорно танцуют, и он говорит: «В тот самый момент, когда вы задаете этот вопрос, я должен сказать, что я один из немногих людей на свете, кто не только счастлив, но и не боится об этом сказать!»
И наконец, я спрашиваю, что побуждает его продолжать сниматься, если, будучи одним из самых богатых людей Голливуда, он, очевидно, не нуждается в деньгах?
«Во-первых, я сторонник трудового права, я верю в труд. А во-вторых, — заявляет он, подмигивая, — мне кажется, ты будешь скучать по мне, дорогая!»
0 Комментарии